ТИГР И КОБРА

Последние лучи солнца розовым отсветом легли на вершины гор и через мгновение погасли. Ночной мрак быстро затопил долину и деревню Мудулипаду. Темные джунгли, казалось, угрожающе надвинулись на хижины. На ближнем поле затрубили в рог. Его странный и печальный звук пронесся над зарослями и взмыл куда-то вверх к звездному небу. В деревне запахло дымом. Хозяйки зажгли очаги. Их слабый желтоватый свет пробивался сквозь неплотные бамбуковые стены хижин. Бондо вернулись с полей и теперь сидят на корточках около большого мангового дерева. Мы разговариваем с Будамудули, а остальные внимательно слушают.
— Мы охотимся на бизонов, оленей, диких кабанов, — говорит Будамудули. — И еще ловим крыс и змей. Только кобру не трогаем.
— Почему? — интересуюсь я.
— Она наш родственник. Ее нельзя убивать.
— Какой родственник? — сразу не понимаю я.
— Наш бонсо пошел от кобры. Вся Мудулипада принадлежит к бонсо Кобры. И Димрипада, и Порейгуда тоже. И еще много деревень. И все это бонсо Кобры. Наш бонсо самый древний и поэтому стоит над всеми другими бонсо. Если человек говорит, что он из бонсо ОнталОнтал — кобра на языке бондо., значит, кобра его родственник.
— А какие еще бонсо есть?
— Еще Килло — тигр. Есть бонсо Бхалу — медведь. И бонсо Голлари — обезьяна. Люди, которые принадлежат к бонсо Килло, Бхалу и Голлари, не трогают тигра, медведя и обезьяну. Эти звери людей тоже не трогают. Если человек из бонсо Килло встретит тигра, он должен сказать: «Не трогай меня, килло, я твой брат. Иди, иди, куда шел. Я тебя тоже не трону». Тигр и кобра — родственники, они были рождены вместе и вышли из одного гнезда, а от них и пошли бонсо Килло и бонсо Онтал. Кто-то задвигался в темноте и кашлянул.
— Это ты, Хади? — спросил Будамудули.
— Я, — откликнулся тот.
— Ты самый старый и, наверно, помнишь, как родились Онтал и Килло.
Хадимудули снова кашлянул и подвинулся к нам поближе.
— Слушай, — сказал он, — как все случилось. ...Давно-давно, много лет назад, жила одна семья. И было в семье три сына. Старший и средний брат выглядели как все люди, а младший только наполовину был человеком. Голова и плечи у него были тигриные. Два других брата жили как все: посещали женский дом, любили девушек и привели с собой жен. А юноша-тигр всегда ходил один и всех сторонился. У него не было ни друзей, ни возлюбленной. Но он любил поесть и всегда старался это сделать первым. Однажды вся семья отправилась на поле, и в доме осталась только жена старшего брата. Она готовила обед. Первым с поля пришел юноша-тигр и попросил есть. Но жена старшего брата сама любила поесть. Когда она готовила еду, то сначала наедалась сама, а остатки отдавала семье. На этот раз младший брат ее мужа помешал ей это сделать, и женщина очень рассердилась. Она швырнула горшок с горячей пищей ему в голову и обожгла его. Юноша-тигр зарычал от боли, ударил женщину и убил ее. Потом он выпрыгнул из хижины через крышу и убежал в джунгли. Когда пришли родители, они увидели разбитый горшок, мертвую жену старшего сына и разрушенную крышу. Они догадались, что все это сделал их младший сын, и пошли разыскивать его в джунгли. Они долго его искали и наконец, нашли, обожженного и стонущего от боли.
— Идем домой, — сказали они. — Мы облегчим твои страдания.
— Нет, — ответил младший брат. — Я больше не вернусь домой. Мой старший брат не простит мне смерти его жены. Он убьет меня. А вы идите домой. И если у вас случится какая-нибудь беда, я приду и помогу вам.
Родители не смогли уговорить юношу-тигра и вернулись домой ни с чем. На дороге их встретил старший сын. В руках у него были лук и стрелы.
— Долго же вас не было, — ухмыльнулся он. — Это ваших рук дело! Вы научили младшего брата убить мою жену. Я знаю, вы никогда ее не любили и строили против нее козни.
— Что ты! Что ты! — сказали испуганные родители. — Послушай, как все было.
Но старший сын не стал слушать. Он натянул тетиву лука и послал одну стрелу в отца, другую в мать. А юноша-тигр очень любил своих родителей. Когда до него дошла печальная весть о гибели их от руки старшего брата, гнев овладел им, и в гневе он был страшен. Юноша-тигр убил сначала весь скот, принадлежащий братьям, а затем и их самих. Но жену среднего брата, которая всегда хорошо к нему относилась, он пожалел и забрал с собой в джунгли. У них родился сын, который стал отцом людей бонсо тигра.
— Вот какая история, — закончил Хадимудули. — Я знаю еще про бонсо Онтал, — добавил он.
— Расскажи, расскажи, — попросили его.
Темнота сгустилась настолько, что нельзя было различить ни лица рассказчика, ни лиц сидящих вокруг бондо.
— Так вот, — начал Хадимудули, — это тоже было очень давно. Никто не может сосчитать, сколько лет прошло с тех пор. Жили муж и жена, но у них долго не было детей. И только в конце жизни, под старость, жена родила близнецов — человека и кобру. Родители больше любили кобру, чем человека. Потому что кобра был старшим сыном и был красивым. Мать и отец никому не сказали, что у них есть такой сын. А кобра вырыл себе в углу хижины нору и жил там. Родители приносили старшему сыну из джунглей птенцов и птичьи яйца. Кобра очень любил такую еду. Поскольку кобра никому на глаза не показывался, то у него, как и у юноши-тигра, не было ни друзей, ни возлюбленной. А другой брат привел в дом девушку, и она стала его женой. Но он не сказал ей о своем брате. Он боялся, что жена испугается и не станет жить в одном доме с коброй. Однажды родители и младший брат ушли в джунгли. Дома осталась только его жена. Она решила привести хижину в порядок. Когда она подметала пол, кобра вылез из своей норы посмотреть, что делает жена его брата. Женщина очень испугалась и ударила кобру. Она ведь не знала, что кобра ее близкий родственник. А он не сдержался и укусил ее. Женщина умерла тут же на месте.
— Что я наделал? — закричал кобра. — Зачем я ее убил? Теперь брат отомстит мне за ее смерть. Он убьет меня.
И кобра быстро побежал в джунгли, вырыл там себе нору и спрятался в ней. Когда родители вернулись, они увидели мертвую женщину и стали звать кобру. Но он не откликнулся. Родители пошли в джунгли и стали искать кобру. Они очень любили этого сына и поэтому, не найдя его, стали горько плакать. Кобра услышал плач, вылез из норы и спросил:
— Что случилось? Почему вы плачете?
Увидев кобру, родители очень обрадовались.
— Идем домой, — сказали они. — Скоро ночь, и тебе будет страшно одному в джунглях. А мы без тебя будем скучать.
— Но я убил жену своего брата, — ответил кобра. — Если я вернусь, мы будем с ним все время ссориться. И может быть, даже убьем друг друга. А если я буду жить в джунглях, мы останемся друзьями.
Старики согласились с коброй. И, как им ни было жаль с ним расставаться, они вернулись домой без него. Второму сыну они сказали:
— Сын, твой брат ушел жить в джунгли. Если ты встретишь его, не поднимай на него руки, не бей его и не наноси ему ран. Иначе ты умрешь, как умерла твоя жена.
С тех пор люди бонсо Онтал никогда не убивают кобру, а кобра щадит их. Потому что кобра наш брат. Хадимудули поднялся:
— Становится холодно. Надо идти.
Кто-то поджег сухую ветку, и колеблющееся на ветру неверное пламя осветило сидящих под деревом братьев кобры...
Что такое бонсо? Это дошедшие до наших дней древние тотемистические роды племени. Возможно, они были матрилинейны. Две легенды, которые рассказал мне Хадимудули, не содержат никаких указаний на существование общей прародительницы для отдельных бонсо, — очевидно, патриархальные отношения, давно существующие в племени, уже сыграли свою роль и наложили отпечаток патриархальных взглядов и на древние легенды. О том, что бонсо были когда-то матрилинейны, заставляют думать определяющие родство термины. Эти термины возникли, вероятно, в период, когда бонсо были единственной родовой организацией бондо, и они не соответствуют фактическому положению в более поздних патриархальных родах — куда. Меня удивило прежде всего отсутствие для родственных терминов бонсо абстрактного понятия муж и жена, а также наличие ряда одинаковых терминов. Например: братья женщины называются мамунг и мужья сестер мужчины — тоже мамунг. Сестры женщины в зависимости от старшинства обозначаются словами бусан бои и умбук бои, эти же термины употребляются для жен братьев мужчины. Сестры мужчины — ванг и жены братьев матери — тоже ванг. Братья мужчины опять-таки по старшинству — какка и бусан и мужья сестер женщины — какка и бусан. Таким образом, можно прийти к заключению, что существовал материнский род, обычно состоящий из элементарной ячейки: женщина, ее сестры и братья (детей пока опускаю), то есть сама юнг, ее мамунги — братья, ее бусан бои, умбук бои — сестры. Каждый из мужчин в этом роду имел своих сестер, или ванг, и братьев — какка и бусан. Женщины и мужчины этого рода вступали в брачные отношения с представителями другого рода, но при этом сохраняли свою родовую терминологию и оставались такими, как они определяли себя в отношении к братьям и сестрам собственного рода. Так, братья женщины мамунги, становясь мужьями сестер какого-либо мужчины, оставались мамунгами, ибо специального термина для определения такого рода отношений еще не существовало. Сестры женщины, становясь женами братьев мужчины, оставались бусан бои и умбук бои и так далее. Сохранение терминологии собственного рода даже при вступлении в брак с представителями другого рода свидетельствует о том, что семья еще не сложилась и каждый индивидуум вне зависимости от того, мужчина это или женщина, продолжал принадлежать собственному роду. То, что женщина после вступления в брак продолжала оставаться в собственном роду и не уходила в род мужчины, — явный признак материнской организации рода. В терминологии бонсо нет слов, означающих дети отца, а есть только термины: сын матери, или маренгер, старшая дочь матери, или минг, младшая дочь матери, или куи. Согласно традициям материнского рода, дети оставались в роду своей матери. Поэтому для мужчины этими терминами обозначаются дети его сестер, или племянники. Те дети, которые остаются в собственном роду мужчины.
Теперь эти роды распались, хотя их традиция еще остается, и заменены патрилинейными родами куда. Английский антрополог Верриер Элвин, приехав к бондо первый раз в 1943 году, провел среди них несколько лет. Результатом его исследований явилась обстоятельная монография «Горные бондо». Это одна из лучших работ не только по бондо, но и по индийским племенам вообще. Однако Элвин склонен считать бонсо остатками дуальной фратриальной системы (то есть системы, состоящей из двух родов). Бонсо Тигр и Кобра, утверждает он, это две фратрии племени. Возражая Элвину, я хочу отметить, что у бондо есть и другие бонсо и сводить их только к двум не следовало бы. Конечно, остальные бонсо крайне немногочисленны, а следы некоторых из них находятся с трудом. Но по соседству с бондо можно найти ряд родственных племен, таких, как гадаба, где сохранились более многочисленные бонсо. Если считать бонсо фратрией, то необходимо найти роды, составляющие эти фратрии. Видимо, патриархальные куда выросли на основе бонсо, когда в племени произошла смена материнского рода отцовским. Но эти современные роды, или куда, не соответствуют бонсо ни в какой степени, ибо одни и те же куда можно найти и в бонсо Тигра, и в бонсо Кобры. Кроме этого дуальная фратриальная система предполагает экзогамию, а, по данным самого Элвина, значительное количество браков происходит внутри самих бонсо. Так, он обследовал триста случаев женитьбы и выяснил, что в ста сорока двух из них браки были заключены внутри бонсо Кобры. Зато экзогамия патриархальных куда соблюдается очень строго. При этом же обследовании Элвину не удалось найти случаев ее нарушения.
Но все же что такое куда? Это патрилинейные роды, на которые сейчас делится племя. О возникновении куда бондо рассказывают такую легенду. Когда-то в горах Малайгири родились семь братьев и семь сестер. Братьев звали: Боднаик, Чаллан, Дангра-Манджхи, Киршани, Мудули и Сиса. А имя седьмого забыто. Все они пришли жить в эти горы, построили деревни и Боднаика выбрали вождем. Мудули стал старейшиной деревни Мудулипада. Чаллан помогал ему, Киршани служил проводником и встречал гостей. Дангра-Манджхи смотрел, чтобы молодые люди приносили гостям воду и дрова, Сиса работал жрецом. Потом, когда население Мудулипады выросло, каждый род решил построить свою деревню. Потомки Киршани стали жить в Киршанипаде, потомки Чаллана — в Чалланпаде. А те, кто принадлежал роду Мудули, остались в Мудулипаде. А потом трое пришельцев Дора, Джигри и Мандхара женились на женщинах бондо и положили начало каждый своему роду. Поэтому все племя бондо делится теперь на следующие куда: Боднаик, Чаллан, Дангра-Манджхи, Киршани, Мудули, Сиса, Дора, Джигри и Мандхара.
Действительно, имена некоторых куда совпадают с титулами членов деревенской верхушки. Так, боднаик — это старейшина деревни, ее глава. Чаллан — его помощник, дангра-манджхи наблюдает за молодежью, киршани — деревенский проводник, сиса — жрец. Старейшины деревень на своем совете утверждают вождя племени. Правда, у бондо это называется избранием. Дело в том, что должность вождя была когда-то наследственной и передавалась по женской линии, то есть от дяди (брата матери) к племяннику. Теперь старейшины собираются, чтобы утвердить или отвергнуть очередного претендента на пост вождя. Это своеобразное избрание происходит в месяц чойтропорбо (март — апрель), когда в стране бондо начинается сельскохозяйственный сезон. Все старейшины деревень, или наяки, приходят в Мудулипаду и решают вопрос о том, останется ли прежний вождь или надо подумать о новом. Несколько лет назад вождем племени стал Будамудули, человек из куда мудули и из бонсо Кобры.
К имени каждого бондо прибавляется название куда. Имя бонсо члены племени должны просто помнить. Но с годами исчезнет и эта память. И о Тигре и Кобре расскажут только легенды...