Предисловие

"ДАТЬ РАДОСТЬ - ЭТО КАК УВИДАТЬ ВОСХОД СОЛНЦА"

Не открою Америки: нашей молодежи более известен Николай Ре­рих – художник, нежели Николай Рерих-публицист. В том нет его вины. До недавнего времени его публицистика, прежде чем дойти до нас, тща­тельно отмерялась на гомеопатических весах цензуры.
Можно бесконечно сожалеть, что во всей полноте, не таясь, она при­ходит к нам только сегодня. И вместе с тем есть какая-то непостижимая правда (или высшая мудрость жизни? или высшая ее тайна?), что именно в наши дни, которые нарекают смутными, в сложную переходную пору, когда прежние приоритеты и истины сокрушены и все сильнее жажда но­вых духовных ориентиров, – именно в это переломное время нам дано ус­лышать не стесненный никакими запретами голос Николая Рериха.
Молодость – не возраст, а состояние мышления, – утверждает он. И сам до конца дней блистательно доказывал неоспоримость этого. Но соб­ственно молодежь всегда занимала особое место в его раздумьях о жиз­ни. "Молодежь", "Племя младое", "Молодому другу", – читаем мы в наз­ваниях его статей, очерков, дневниковых страниц. Последнее – "Моло­дому другу" - стало названием этой книги. Им создан стихотворный цикл "Мальчику". Строфы из него вы прочтете в эпиграфах к главам.
Но было бы ошибкой увидеть обращенность к молодежи только там, где она обозначена столь явно. В оркестре рериховской мысли "тема мо­лодежи" возникает часто, иногда лейтмотивом, иногда неожиданно, слов­но попутно. Вот в далеких Гималаях, где он жил, зимой сорокового года он с радостью узнает, что в Москве чествовалась память Скрябина. "Кто-то любит его, – записывает в дневнике, – и трудится над его достоянием. Наверное, молодежь". Вот вспоминает художника Серова: "Молодежь верила в него, а это суд праведный..." Он хотел быть услышанным Росси­ей, миром, человечеством, но, может быть, главным внутренним адреса­том его была молодежь.
Его вера в молодежь была глубока и одновременно далека от духов­ной зависимости от нее, заискивания перед ней. От этой крайности так страстно предостерегал один из современников Н.К.Рериха, отец Сер­гий Булгаков. Взор Николая Рериха, устремленный к юношеству, – добросклонный и взыскующий. Взор надежды, столь естественный для чело­века, чьи мысли и дело выходят далеко за границы собственного земного существования.
Великая рериховская идея о необходимости Красного Креста Куль­туры – охранения культурных ценностей народов, идея, родившаяся в первые десятилетия века, сейчас все так же насущна и бесспорно пере­шагнет в век XXI. Мыслимо ли ее осуществление – в поколениях – без мо­лодых рук, умов, сердец?
"Для кого все строится, собирается, запечатлевается? – писал Н.К.Ре­рих. – Прежде всего для той же молодежи". Молодежи, которая, приняв дар, сама будет "строить, собирать, запечатлевать" и понесет эстафету дальше, в века. Три красных круга на белом полотнище – прошлое, настоя­щее и будущее, замкнутые окружностью вечности на рериховском "Зна­мени мира". Так предложил он назвать флаг Красного Креста Культуры (всемирно известного "Пакта Рериха"). И знак этот, соединяющий време­на в кругу вечности, когда узнаешь об отношении Рериха к молодежи, словно спускается с высоких ступеней символики, наполняясь живым че­ловеческим содержанием.
Испокон века люди старшего поколения сетовали на молодежь: "Не та пошла! Вот в наши годы..." Время Рериха не было исключением.
"Много нападают на молодежь", – писал он: "Она поглощена спор­том". "Она отшатнулась от гуманитарных предметов..." "Она не бережет чистоту языка и наполняет его всякими нелепыми, выдуманными выраже­ниями". "Она уходит от семьи". "Она предпочитает танцы..." "Она не хо­чет читать".
Не правда ли, знакомые и нашему времени упреки?
"Мало ли что говорят про молодежь, – размышлял Рерих. – Допус­тим, что все это так и есть. Но если мы посмотрим в причины происходя­щего, то ведь прежде обвинения молодежи нужно призвать к ответу стар­шее поколение.
Много ли сердечности в семье? Притягательна ли домашняя обста­новка? Есть ли возможность серьезных устремлений?.. Кто прокурил дом свой? Молодежь ли наполнила домашнее вместилище спиртными напит­ками? Хотят ли в семье говорить с молодежью? Устремлена ли семья к будущему? Где именно рождается равнодушие к добру и злу?.. Где впер­вые услышала молодежь анекдоты кощунственные? Где впервые слышат много разрушительного и очень мало созидательного?"..
Этот вызов – "К ответу старшее поколение!" – звучит и в сегодняшних дискуссиях о молодежи и часто, при всей кажущейся бесспорности, вызы­вает бурное противодействие: в нем видится односторонность, попытка "оправдать" молодых людей, снять с них ответственность за свои поступ­ки, переложив ее на плечи старшего поколения. Но по отношению к Ни­колаю Рериху, одному из создателей "Живой Этики", учения о неисполь­зованных возможностях человека, о творческих силах, которые таятся в глубинах его сознания, его души, по отношению к Рериху, с молодых лет глубоко увлекавшемуся самообразованием и самовоспитанием, такие уп­реки не состоятельны. Беря молодежь под крыло защиты, отводя от нее разного рода наветы, он в то же время, глубоко веря в ее духовные потен­ции, старался силой искусства, мысли, деятельности своей показать, вну­шить, как много в жизни зависит от нее самой.
Да, огульные нападки отвергал категорически. Возражал с решите­льностью: "Спросим себя: "Знаем ли мы молодежь, истинно трудящую­ся?" - Конечно, знаем. "Знаем ли мы молодежь, несущую в семью все свои заработки?" – Конечно, знаем. "Знаем ли мы молодежь, сердечно мечта­ющую о будущем?" – Конечно, знаем. "Знаем ли мы молодежь, устрем­ленную к серьезным книгам и обсуждениям?.. К поискам прекрасного? И так, мысленно перебирая все лучшие высоты человеческие, мы на каждой из них найдем и прекрасное выражение молодежи."
Считал, что именно к этим добрым примерам разумно прежде всего обращать общественное внимание: "Если молодые люди, иногда еще и не­опытные, все же так мужественно и вдохновенно противостоят темным силам, то как же бережно нужно поддержать их тем, кто считает себя уже умудренным".
И старался сам – поддержать. Реальных, ему известных. Учеников из петербургской школы Общества поощрения художеств, директором кото­рой он был. Своих сыновей. Членов молодежных секций "Пакта Рериха", возникавших в разных странах. Тех, кто искал с ним общения, писал пись­ма, прося совета. И сотни, тысячи тех, которых он не знал, не видел и ко­торым помогал своим словом, опытом жизни, провидческой мудростью.
Его слово поддержки так сильно, что сказанное десятилетия назад, воспринимаешь как сказанное сегодня.
Обращенность к молодежи, которой дышит наследие Николая Конс­тантиновича Рериха, имеет не только философские корни. В этом проя­вилось и одно особенное свойство его личности. "Дать радость, – говорил он, – это как увидать восход солнца". Среди многих даров, которыми бо­гато наделила его природа, принеся всемирную славу художника, мысли­теля, литератора, общественного деятеля, ему был дан еще один дар – или поверх всех даров дар: душевная щедрость, потребность отдавать. Дар, отличающий Учителя и сделавший Николая Рериха величайшим просветителем XX века.
Дар этот, жалованный природой, усилен был российской почвой кон­ца прошлого – начала нынешнего веков, насквозь пронизанной токами просветительства.
"Молодой друг", – говорил Рерих. И находил синонимы для этих слов: сотрудник, со-деятель. Так он понимал отношения с молодежью: со-деятельность, сотрудничество. В делах практических, на ниве борьбы за культуру, и в раздумьях о мире и человеке. Публицистические работы Н.К.Рериха – не свод истин, вещаемых Мудрецом, но приглашение к диа­логу, к работе мысли и сердца, духовным исканиям, осознанию себя в мире.
"Истинная книга не может быть прочтена лишь однажды, – писал он. – Как магические знаки, истина и красота книги впитываются постепен­но". В полной мере эти слова могут быть отнесены и к его работам. Исти­ну и красоту их тоже постигаешь не сразу. Язык их поначалу может пока­заться иногда непривычным, иногда устаревшим (мы не скажем сегодня "фильма" вместо "фильм" или "кинемо" вместо "кино"), иногда труднова­тым. Но приподняв завесу архаических слов и, казалось бы, давних фак­тов, вдруг открываешь для себя наисовременнейшую жизнь, сегодняшние наши тревоги, сегодняшние поиски выхода из духовных тупиков.
Как известно, безвременье больнее всего бьет по молодежи. И как от­кровение, как путь указующий звучат ныне рериховские слова: "Нет та­кого ужаса, который, вызвав к жизни еще более напряженные энергии, не мог бы превратиться в светлое разрешение".
Вера в победу светлых начал в жизни у него не от прекраснодушия. Долгие годы он прожил в горах, Гималаях, но никогда – в башне из слоновой кости. Не миражи, а реальный мир с его болями и страданиями был перед его глазами. Он ясно видел – и хотел, чтобы так же ясно видели и другие, и, может быть, в первую очередь, молодежь – два полюса в жиз­ни: созидание и разрушение. И два человеческих полюса, два антипода: созидатели и разрушители; "вдохновители" и "тушители" всего святого. "Идите не с теми, – звал он, – у кого "нет" на первом месте. Пусть свет­лое "да" ободрит и поможет найти лучшую тропу". Его оптимизм – поиски выхода из тьмы, поиски "лучшей тропы", в основе этого оптимизма – фило­софия созидания. Н.К.Рерих убежден: только "беспредельное строите­льство" может обратить жизнь в светлый праздник. "Воспитание, форми­рование миросознания, – подчеркивал он, – достигается синтезом, и не синтезом невзгод, но синтезом радости совершенствования и творчест­ва". Даже само сосредоточение мысли только на разрушении считал раз­рушительным для личности: "Не будем останавливать мысль на разруше­нии, подумаем, какое светлое обновление жизни в руках нового поколе­ния".
Он указывает "спасительные пристани" на пути к свету и одной из са­мых первых называет "стремление к честному и неограниченному зна­нию": "Знать – это уже будет преуспевать".

Мир спасет Знание.
Мир спасет Творческая мысль.
Мир спасет Культура.

"Человечество, – писал Н.К.Рерих, – привыкло к знаку Красного Креста. Этот прекрасный символ проник не только во времена военные, но внес во всю жизнь еще одно укрепление понятия человечности".
Увы, к знаку Культуры оно еще не привыкло и на исходе века.
"Особенно ужасно слышать, когда отягощенные кризисом люди, не очень плохие сами по себе, начинают говорить, что сейчас не время даже помышлять о Культуре", – это написано Н.К.Рерихом несколько десяти­летий назад. Но разве это не о нас, сегодняшних? Разве сейчас мы не слы­шим: сначала – экономика, потом – культура? Или, что еще хуже, слова о культуре звучат самые высокие, а практика являет обратное: культуру упорно держат на пайке "остаточного принципа", разрушают, загоняют в "элитные" резервации, уже сейчас концерт или театр не каждому доступ­ны.
"Эти ужасные "нельзя", "не время", невозможно" приводят молодое сознание в тюрьму беспросветную" – как ко времени звучит эта горестная мысль Н.К.Рериха. И как же важно понять другую его – такую ясную – мысль: "Культура – источник жизни молодого поколения".
"Не нужно думать, что возможно помыслить о Культуре когда-то, пе­реваривая пищу вкусного обеда, – писал он. – Нет, именно в голоде и хо­лоде, как тяжелораненым светло горит знак Красного Креста, так же и го­лодным телесно и духовно будет светло гореть знак Культуры... Мысля о Культуре, нужно сказать и друзьям и врагам: будем действовать по спо­собности, т.е. положим все силы наши во славу неотложного в своей живоносности творческого понятия Культуры."
"И свет во тьме светит, и тьма его не объят".

* * *

Сотни полотен в художественном наследии Николая Константино­вича Рериха, великое богатство сокрыто и в его наследии публицистичес­ком, его статьях, эссе, письмах, "Листах дневника". В этой книге – малая толика. Это –начало дороги к Рериху. Врата открыты – иди! И еще: не го­товые ответы найдешь ты в этой книге, а путь к ним. Помните: "И свет во тьме светит..."
И, может быть, лучшим предварением предстоящего чтения будут слова самого великого художника и мыслителя:

Дар мой прими, милый друг!
Трудом и знаньем я накопил
Этот дар. Чтобы отдать его,
я сложил. Я знал, что отдам
его. На даре моем наслоишь
радости духа...

Татьяна Яковлева.