Дорогой Павел Федорович,
Я не ответил на Ваш вопрос о моей картине "Св. Франциск". Я написал Св. Франциска в 1923 году и еще одну в 1926 году. Николай Константинович писал Св. Франциска в 1933 году в Кулу. Я лично очень всегда любил картину Н[иколая] К[онстантиновича] и считаю ее очень крупным произведением. "Св. Франциск" — это парная картина к "Св. Сергию". Эта картина, насколько мне известно, в Третьяковской Гал[ерее] в Москве, куда она прибыла из Чехословакии после войны. Но она не выставлена. Когда будете в Москве, пройдите в Третьяковск[ую] Гал[ерею] и попытайтесь ее посмотреть там.
"Св. Франциск" Н[иколая] К[онстантиновича] в Музее Рериха в Нью-Йорке. У меня в Бангалоре небольшой этюд. У меня также этюд к "Св. Сергию". Три картины писал вместе Н[иколай] К[онстантинович] — 1) Мадонна Орифламма, 2) Св. Сергий, 3) Св. Франциск. Это была прекрасная Сюита.
Образ Св. Франциска мне был очень близок с ранних лет.
Если будут еще какие вопросы — пишите.
Всего Светлого,
Дорогой Павел Федорович,
Спасибо Вам за большое Ваше письмо от 7-го мая. (...)
Вы правы, что истоки моего искусства неразделимо связаны с Н[иколаем] К[онстантиновичем]. Он всегда поощрял то, что, ему казалось, привлекало меня. Меня всегда как-то привлекал портрет человека. С самых ранних лет я любил портрет и человеческую фигуру. К сожалению, мои самые ранние работы не сохранились. Есть маленький автопортрет, когда мне было 15 лет. Я всегда любил скульптуру и одно время много работал и учился скульптуре. Но, конечно, основные связи моего подхода к жизни и, в частности, к Искусству неразделимо связаны с Н[иколаем] К[онстантиновичем] и Е[леной] И[вановной]. Обо всем этом я напишу Вам подробнее и позднее. Сотрудничество Н[иколая] К[онстантиновича] и Е[лены] И[вановны] было редчайшей комбинацией полнозвучного звучания на всех планах. Дополняя друг друга, они как бы сливались в богатейшей гармонии интеллектуального и духовного выражения. Вы сами знаете, как возрастают наши силы от некоторых контактов, как обогащается и озаряется наш Духовный Мир, как разрешаются, казалось бы, неразрешимые проблемы и все приобретает совсем особое значение. Главное, никогда не терять Священной Нити, Со-Присутствия. ("Ныне силы небесные с нами невидимо служат").
Сегодня особенно яркий день. Блестят снега, и яркая зелень как-то особенно ласкает глаз.
Скоро опять буду писать.
Всего Вам самого светлого.
Дорогой Павел Федорович,
Я с большим интересом прочел Вашу статью о моей жанровой живописи. Поздравляю Вас. Вы не только прекрасно справились с задачей, но дали очень интересное освещение этой, подчас противоречивой грани искусства. Я очень ценю Ваши мысли и Ваш труд. Ваш подход к моему искусству правилен именно потому, что Вы мыслите свободно и глубоко и Вы видите гораздо больше, нежели многие так называемые критики.
Ведь глубина нашей творческой интерпретации пропорциональна нашей внутренней культуре, нашему духовному прозрению и устремлению. То, что мы ощущаем и лицезреем в храме нашего сердца, озаряет нам окружающую нас жизнь и позволяет проникать в еще скрытые аспекты Бытия.
Я могу только сожалеть, что наши физические ограничения, как например, средства выражения, не позволяют мне изобразить ту блистательную красоту природы, те нюансы человеческих чувств, которые я постоянно ощущаю и вижу вокруг себя.
Все это, и гораздо больше, Вы знаете сами. Вы знаете школу мысли, в которой я вырос, и знаете мои личные устремления.
Мое искусство — это одно лишь средство выражения моих мыслей, моих исканий и внутренних представлений.
Устремление к более совершенному во всех проявлениях — это наша молитва. Вера рождается из Чувства-Знания нашего великого Наследия. Надо переродиться в духе, обновиться, так сказать, и ощутить другой План, ускорив этим процесс нашей эволюции. Как всякое продвижение в гору, это очень нелегко, но энергия — наикратчайший путь.
Глубина Беспредельности, всенаполняющей, всеобъемлющей — единой, извечной жизни — то, что мы никогда не сможем познать, но частью чего мы все же состоим. Этим глубинам мы предстоим как неотъемлемые частицы неописуемого, неизмеримого, но все же сверхреального Бытия.
И эти глубины вещают нам, и чем больше мы к ним прислушиваемся, тем яснее звучит этот "Глас Бытия", это вещание Беспредельности, и тем яснее вспыхивают перед нами пути эволюции.
Наш творческий процесс — это воплощение нашего внутреннего мира, звучание нашего духа. Но так же, как бывает трудно, подчас невозможно выразить словами то, что мы ощущаем в глубинах наших сердец, так же трудно, даже труднее бывает воплотить это в двух измерениях полотна. Всякое истинное творчество неразрывно связано с внутренним миром художника и, в известной степени, является мерилом его истинного Я. Я говорю — в известной степени, ибо разные физические ограничения неизбежно налагают свою печать.
От Вас, дорогой Павел Федорович, мысленно обратился к Николаю Константиновичу, там, где он работал и откуда он покинул этот План жизни. Шумят темные кедры, и звучат стремительные воды. Все это сливается в единый мощный аккорд Природы-Матери, которую так любил и чтил Николай Константинович.
Через неделю будем в Дели на пути в Бангалор.
Всего Вам светлого.
Привет друзьям!