Достойный защитник Великого имени

К.А.МОЛЧАНОВА,
Председатель Эстонского общества Рерихов,
Таллинн

Уважаемые участники конференции, уважаемые гости и доро­гие друзья!

Мое выступление будет всего лишь этюдом к духовному портрету П.Ф.Беликова – подвижника Культуры и классика рериховедения. Свой рассказ я начну с короткого музыкального вступления и демонстрации некоторых фотоснимков Павла Федоровича, а также слайдов с картин Н.К.Рериха, которые, я надеюсь, послужат созданию образа деятеля Культуры нового типа.

Павел Федорович Беликов постоянно жил и работал в Эстонии. Родился он 29 июля 1911 года в Нарве и покинул этот мир 15 мая 1982 года в Таллинне. В этом году мы отмечаем 90 лет со дня его рождения. Подробно о жизни и деятельности П.Ф.Беликова мож­но будет узнать из двухтомника «Непрерывное Восхождение», который издается в МЦР. Первый том уже вышел и только что поступил в продажу. В нем собраны работы П.Ф.Беликова из став­ших уже малодоступными академических сборников и других изданий, а также опубликованы все сохранившиеся письма Н.К.Рериха, Ю.Н.Рериха, часть писем С.Н.Рериха к Павлу Федо­ровичу и воспоминания современников. Второй том, который еще готовится к печати, будет содержать его эпистолярное насле­дие.

Название книги «Непрерывное Восхождение» отражает суть личности П.Ф.Беликова, являющейся примером эволюционного восхождения Человека к своему назначению – к духовному естеству. Повторяю: мое усилие раскрыть сейчас образ П.Ф.Беликова – это всего лишь этюд к его духовному портрету. Сам портрет можно будет создать только после углубленного изучения архивных источников.

П.Ф.Беликов был деловым человеком, экономистом, но также философом, и поэтом, и одновременно исследователем творческо­го наследия Рерихов. Самообразование и самовоспитание были для него не просто декларируемыми ценностями, а образом жизни.

Все, что Павел Федорович сообщал попутно о себе в перепи­ске со своими многочисленными корреспондентами (их более сорока), говорит о том, как бережно он относился к Высокому, Идеальному, как поднимал сам себя к уровню космического сознания Рерихов, как проходил земные испытания каждодневностью и выстрадал право говорить о том, что неотложно требу­ется всем людям, – о самовоспитании. Переустройство жизни к лучшему зависит от усилий каждого в работе над собой: «Только пламя собственного сердца освещает пути к Великому Свету» – это слайд с автографа П.Ф.Беликова.

К сожалению, многие, зная об огромном потенциале челове­ческого мозга, отождествляют духовное восхождение с развитием интеллекта. «Пришел человек к старцу узнать, какие книги надо прочитать, чтобы стать мудрым. Старец назвал около ста книг. Человек ушел и читал много лет. Наконец он снова пришел к старцу и сказал: «Я все прочитал!» Старец ответил: «Ну и дурак!» Человек рассердился, прибил старца и услышал: «Ну как же не дурак: прочи­тал сто книг, а я сказал тебе только одно слово и ты забыл все прочитанное!» – Вот такой народный сказ из книги Н.С.Лескова приводит П.Ф.Беликов в письме к одному из своих корреспон­дентов как ответ на вопрос о мудрости, об истинных ценностях жизни, и затем обобщает: «Не теориями, выработанными в многочтении, движется жизнь, а духовным перерождением человека».

Сам П.Ф.Беликов строил свою жизнь прежде всего на доктри­не Сердца и мудрость не отождествлял с интеллектом. С помощью Живой Этики он учился владеть собой, преодолевал свои дурные привычки и черты характера. И все его дальнейшее творчество и преданность служению Высшему Миру развились из зова сердца. В его высказываниях, утверждениях нельзя найти ничего, что не было бы осознано и одухотворено сердцем и собственным опытом выпрямления пути. Живая Этика была для него опорой в каждодневной жизни, в быту. Каждое утро, пробуждаясь, и каждый вечер, отходя ко сну, он размышлял над параграфами Учения, а днем претворял почерпнутое из него знание в своих действиях. Из кармы своей сознательно сделал путь восхождения. Благодаря такому труду послушания – очищения и наполнения сердца Выс­шей Волей – рождался синтез ума и сердца, слагалась эволюция духа.

(Слайд. Картина Н.К.Рериха «Жар-цвет».)

Павел Федорович был исключительно трудолюбивым чело­веком. С юношеских лет он много занимался литературой, фило­софией, историей искусства. Был деятельным членом общества «Русский литературный кружок» в Таллинне. Выступал с докла­дами, в том числе и о Н.К.Рерихе, писал статьи, стихи. Н.К.Рерих узнал о Беликове от своих таллиннских знакомых и сам написал ему. Это глубоко затронуло чувства молодого человека (ему было тогда 25 лет), и он начал целенаправленно собирать свой рериховедческий архив, в котором постепенно накопилось более 4000 единиц хранения. Это прежде всего письма Николая Константи­новича, Юрия Николаевича, Святослава Николаевича, Девики Рани, их друзей и сотрудников, воспоминания о них, фотогра­фии, неопубликованные работы Н.К.Рериха, редкие издания, а также созданная самим Беликовым картотека имен и событий из жизни великой семьи.

О Рерихе писали многие известные люди уже с начала XX века. «Однако, по мере знакомства с существующей литературой, – отмечал Беликов, – перед читателем возникает целая плеяда Рерихов, которых подчас трудно связать с одной конкретной личностью». И только с появлением книги «Рерих» в серии ЖЗЛ читатели встретились, наконец, с реальным Рерихом-человеком. Инициатором и ведущим автором этой книги был П.Ф.Беликов [1]. Научный подход, объективное знание, талант исследователя и мыслителя, проявлявшиеся в каждой его работе о Рерихе, закрепили за П.Ф.Беликовым звание классика рериховедения. Если для большинства искусствоведов и других ученых работы о Рерихе были лишь эпизодами в их профессиональной работе, то для Павла Федоровича изучение жизни и творчества Рерихов было смыслом жизни. Он стал экспертом, к которому Святослав Николаевич Рерих направлял обращавшихся к нему. П.Ф.Беликов не был членом партии, но хорошо изучил официальную филосо­фию и умел находить в материалистическом мировоззрении точ­ки соприкосновения с космическим уровнем сознания Рерихов. Поэтому без диссидентской враждебности он добивался больших уступок у цензуры при издании своих работ о Рерихах в совет­ское время, когда не допускалось инакомыслия.

Первый большой труд П.Ф.Беликова – о литературном наследии Н.К.Рериха – был опубликован в 1968 году в «Ученых запи­сках Тартуского Государственного Университета», затем следую­щие его работы («Рерих и Индия», Пакт Рериха по охране куль­турных ценностей, «Институт Урусвати») публиковались в изда­ниях Академии наук и Академии художеств СССР. Очень инте­ресны и одобрены самим Святославом Николаевичем работы Беликова «Жанровая живопись Святослава Рериха» и «Святослав Рерих и проблемы современного искусства». Так П.Ф.Беликов сумел ввести творческое наследие Рерихов в научный оборот, привлечь внимание к высокой миссии Рериха в объединении духовного наследия Запада и Востока.

Архивом П.Ф.Беликова, его работами пользовались многие другие исследователи. Они писали, приезжали в поселок Козе-Ууэмыйза, где в лице одного Павла Федоровича действовал факти­чески международный центр Рерихов, связанный тогда с Индией, США, Великобританией, Германией, Болгарией, Румынией, а также с разными городами и весями Советского Союза.

Когда ушел из жизни Юрий Николаевич Рерих, Святослав Николаевич сразу же сказал Павлу Федоровичу, что тот теперь нужен будет здесь и не должен никуда уезжать (а ему очень хоте­лось переселиться на Алтай). Беликов принял это указание как назначение к исполнению Высшей Воли, как миссию.

Получив таким образом новый творческий импульс, ведущей реальностью для Павла Федоровича стала повышенная ответст­венность и чрезвычайное напряжение в труде, а опыт самоусо­вершенствования, самопознания – методом изучения творческого наследия Рерихов. У него было священное отношение к исполне­нию Высшей Воли, потому что стремление к Высшему являлось смыслом жизни.

(Слайд. Картина Н.К.Рериха «Чудо».)

Трудную задачу взял на себя Павел Федорович. Она заключа­лась не только во взятой им на себя по собственной инициативе задаче творческого исследования наследия Рерихов. Ведь он был человеком неизвестным, жил в эстонской провинции и оказался один на один перед глухой стеной сознательного замалчивания великого имени.

В условиях господства материалистически-атеистической идеологии Советского государства было непросто пробудить здо­ровый научный интерес к творческому наследию великой семьи. Однако глубокое знание Учения Жизни и выработанное годами труда над собой умение общаться и говорить по сознанию вывели П.Ф.Беликова на контакты с нужными людьми. И он сумел открыть дорогу и привлечь целые научные коллективы к изуче­нию наследия Рерихов. Так появились на свет юбилейные изда­ния к столетию Н.К.Рериха, была организована научная сессия в Академии художеств СССР и юбилей праздновался на государ­ственном уровне, а в дальнейшем стали возможными и регулярные Рериховские чтения.

Как только с помощью П.Ф.Беликова наследие Рерихов стало входить в научный оборот, сразу же появились и псевдопопуля­ризаторы и интерпретаторы. И самому же Павлу Федоровичу пришлось защищать великое имя и наследие от искажений, от потуг болезненного воображения амбициозных людей. Он не щадил себя и смело обращался в партийные, государственные и общественные инстанции, чтобы ограничить деятельность подоб­ных маньяков. Некоторые из них и поныне здравствуют, и кому-то приходится с ними считаться в деловых или обществен­ных контактах. Павел Федорович писал, что в подобных случаях должны быть поставлены духовные барьеры и что незачем схо­диться с такими деятелями на духовной почве. С ними Павел Федорович боролся непосредственно, где этого требовали обсто­ятельства, либо творил добро, отгораживаясь от них. Такое добротворчество, считал он, является уже само по себе наступлением на зло, даже если мы и не сходимся с ним в прямом единоборстве. Когда и как нужно поступать, подскажет развитое чувство соиз­меримости. Поэтому П.Ф.Беликов всегда советовал уделять осо­бое внимание развитию чувства соизмеримости.

К нам и к будущим поколениям обращен его необычный труд «Рерих. Опыт духовной биографии». Павел Федорович считал своим долгом защитить великое имя, объясняя, как происходил путь земного сосредоточения посланников Высшего Мира, и упреждая тем многие наши вопросы, разрешая недоумения. Однако работа осталась незаконченной. Она созвучна картине Н.К.Рериха «Клад захороненный».

(Слайды. Картины Н.К.Рериха «Клад захороненный», «Победители клада».)

Быть защитником непросто. Это подвиг, для которого тре­буются большие накопления духовных знаний и душевного благородства. Несмотря на неприглядность некоторых житей­ских обстоятельств в своем непосредственном окружении, Павел Федорович всегда оставался оптимистом, не насиловал ничьей свободной воли, и боль тревог за близких людей постоянно жила в его сердце. Это была чистая жертва и подлинная человеческая любовь. Он был таким же надежным семьянином, как и предан­ным служителем Высшей Воли. Исключительно терпеливый человек, он умел покрыть каждое невежество, не прибегая к отрицанию. Все заинтересованные в общении с Павлом Федоро­вичем высоко ценили не только его рериховедческие работы, но и сердечность, душевную утонченность. Он неуклонно воплощал идеи Рерихов о Новой Эре – Эпохе Культуры – в своей повседневной жизни. Вот что неоднократно писал он своим корреспон­дентам: «Каждому из нас необходимо серость обыденности пре­вратить в прекрасную творческую каждодневность. В работе над самим собой и в преображении обыденной жизни в жизнь творчес­кую будут расти и наши знания и наши силы».

В опыте жизни П.Ф.Беликова сосредоточилось качественно иное представление о жизнедеятельности человека: об ответствен­ности каждого за свои мысли, за нравственность, за сохранение мира, за развитие собственного творческого потенциала, за само­усовершенствование – не декларируемое, а претворяемое в каждо­дневном быту Это дает право говорить о Павле Федоровиче Бели­кове как о деятеле Культуры нового типа.

Перед вами последняя фотография: Павел Федорович дома в своем кабинете. Святослав Николаевич сделал на ней надпись, когда Павла Федоровича уже не было с нами:

«Пусть светлая память о Павле Федоровиче вдохновляет и озаряет Путь всем, ищущим истинный Путь жизни».

Литература

1. Беликов П., Князева В. Рерих. М.: Молодая гвардия, 1972.